Как стать куколдом. Часть 4

Занёс разнос с в дом и поставил на столик, а сам замер в нерешительности. Сколько времени нависало над моей женой татарское иго? Успела она уже выспаться или пускай дрыхнет, пока сама не встанет? Сверх донеслась возня. Уже встаёт?

— Ну чё ты! – донёсся до меня тихий шепот.

— Отвалите! И так голова болит.

— Вот и пройдёт! Видишь какая мокрая. Хочешь же, чего кочевряжишься?

— Не хочу. Сами наспускали туда, вот и вытекает теперь.

— Ну давай! Просто повернись вот так, и всё!

— Пошли в жопу! Чего пристали?

— Можем и в жопу. Понравилось?

Моя жена ничего не ответила. Раздался топот ног и на ступеньках появилась моя обнажённая наяда.

— А ты чего тут стоишь? Мог бы и помочь!

Я не успел среагировать и оказался на пути рассерженной Вероники. Да и кому именно помогать тоже сомневался.

— Я в столовой был. Завтрак принёс. Вот только зашёл, - пролепетал я.

Моя жена заглянула в комнату, увидела разнос и её взгляд перестал метать молнии:

— Спасибо! Найдёшь цитрамон? Я в душ пока. И одежду принеси, пожалуйста, а то там эти....

Похоже мужики слишком уж нагло выдернули мою жену из сна, в надежде вставить свои отростки. От вчерашнего пиетета перед взрослыми мужчинами не осталось и следа. Было двойственное чувство гордости за свою милую, которая не поддалась на приставания этих наглых мужланов и в то же время я был и на их стороне тоже. Мужская солидарность или мой, всё больше проявляющийся вуайеризм?

Поднялся по лестнице в свою комнату. На кровати оказался голый Борис Маратович и Сергей Юрьевич в футболке, но без трусов. Они о чём-то чуть слышно перешептывались лёжа почти вплотную.

— Эммм. Я вам не помешал? – спросил я.

— Да мы тут просто..., - стушевался волейболист, и прикрыл член ладошкой.

— Ага. Плюшками балуемся, - закончил за него я, широко улыбаясь, - Да вы не стесняйтесь. У вас же там односпальные все. Я сейчас уйду.

Не то, чтобы мне хотелось смутить их, но я не сдержался. Скорее всего они строили козни по поводу нашей семейной пары, а совсем не то, что можно было подумать, но.... Два голых мужика в одной кровати смотрятся и правда очень неоднозначно.

Пока Вероника завтракала мужики всё крутились рядом, но делали оскорблённо-независимый вид и даже не разговаривали с нею. У них оказались припасены бич-пакеты типа «Ролтон», поэтому пропущенному завтраку они не расстроились. Да и у моей жены поднялось настроение, когда подействовали таблетка от головной боли и плотный завтрак. Но возможно, в первую очередь она обрадовалась тому, что я не предъявил никаких претензий по поводу тройной измены. Утащив меня наверх, завалила на кровать и стала ворковать со мной, слегка теряясь между линиями поведения:

То она ничего не помнила, поскольку вчера её споили, и начала соображать только утром, когда я её разбудил. Даже вполне правдоподобно потребовала, чтобы я рассказал, что вообще вчера происходило. И конечно же, по ее словам, ничего бы не случилось, если б не смешение алкоголя.

То вдруг она призналась, что делала минет Сергею Юрьевичу будучи студенткой и боялась, что её начнут шантажировать. А то бы она давно дала им отпор, если б знала, что у неё такой чуткий и понимающий супруг, который не будет ревновать к прошлому.

— Надо было разу тебе признаться, добавив в голос грусти, резюмировала она, - тогда бы ничего не было.

Была даже закономерная попытка обвинить во всём меня. И, впрочем, я бы даже не спорил, поскольку прекрасно осознавал свою роль во всей этой ситуации. Но в какой-то момент, Вероника откатила назад, на всякий случай умудрившись пустить слезу и вспомнив идеальный женский ход:

— Я была такой дурой! Ты теперь меня разлюбишь! Мне никто, кроме тебя не нужен, - и другие банальные фразы из той же области.

Возможно, я сам был виноват в этих её метаниях. Просто не знал в тот момент в чём признаваться жене, а что стоит придержать до поры. Поэтому больше слушал её болтовню и гладил по голове, чем говорил. Из-за этого она не знала, чего от меня ожидать и искала идеальную линию поведения.

Внизу стих шум наших соседей. Наверное, обиженные на мою супругу старички ушли на пляж без нас. Довольная моей спокойной реакцией Вероника опустила руку мне в штаны и слегка подёргав стала выуживать член на свет:

— А ты? Мы же с тобой со вчерашнего дня ни разу....

Откуда ей было знать, сколько раз я истязал свой отросток под её стоны, в попытках выдоить ещё капельку оргазма. Он у меня даже слегка побаливал от избытка онанизма. Но признаваться сколько раз дрочил на е6лю жены с любовниками не собирался. По крайней мере не сейчас. К тому же отдохнувший за ночь, он у меня быстро стал надуваться и заняться любовью я был бы даже рад. Вот только:

— Зай! У меня там немножко побаливает. Давай я ротиком? А вечером по-настоящему, - извиняющимся тоном предложила жена.

— Малыш, может тебе чем-нибудь намазать там? У нас же крем есть заживляющий? Хочешь? – спросил я.

На самом деле мне не столько хотелось обработать раны, нанесённые членами преподавателей, сколько посмотреть, чего они там натворили и увижу ли я разницу.

— Да нет. Не надо. Само пройдёт, - расстроила меня Вероника.

Ну, да ладно. Может чуть позже гляну. А пока восставший член требовал тепла и ласки. К тому же супруга после душа выглядела гораздо более посвежевшей и приятно пахла. По крайней мере мысли о том, должен ли я почувствовать запах спермы, целуя её, больше не преследовали меня.

Какое-то время жена продолжала массировать мой член, пока мы целовались, и наконец двинулась вниз. Это плавное движение поцелуев вниз, включало в себя обязательную программу в виде облизывания сосков и даже покусывания моего живота. Не знаю кого как, а меня это всегда распаляет до предела. Добравшись вниз, она провела языком от мошонки по всей длине моего вздыбленного члена. Я открыл глаза. Люблю смотреть как моя любимая первый раз всасывает головку с капелькой на конце. Потом уже я обычно окончательно теряю голову и независимо от того, открыты у меня глаза или закрыты, не могу вспомнить что и как она делает. Но именно сегодня всё пошло не по обычному сценарию.

Краем глаза я увидел, движение на лестнице, перевёл взгляд и понял, что в нашу комнатку заглядывает голова Сергея Юрьевича. Он то смотрел, как жена чувственно и неторопливо начинает скользить губами по моему стволу, то глядел на её задницу. Вероника стояла на кровати на карачках и думаю, что её халатик сейчас лишь слегка прикрывал выпяченный в его сторону зад.

— Интересно, а она после душа нижнее бельё одела? – подумал я, потянулся, сунул руки под полы халата и ощутил мягкие и свободные от оков груди супруги.

Снова посмотрел на волейболиста. Он поймал мой взгляд, но абсолютно не смутился, а умоляюще указал глазами на её зад. Да чего он там не видел? Поэтому я даже не считал это какой-то услугой ему, когда дёрнул за пояс и сдвинул халат, открывая вид на красивую задницу своей любимой. Член от этого простого действия просто загудел. Оказывается, меня заводит не только то, как домогаются моей жены, но и то, как за нами подглядывают. Интересно, Вероника только с ливчиком не стала заморачиваться, или трусиков на ней тоже нет? От полноты чувств, я снова откинулся на подушку и закрыл глаза. Член, как и я блаженствовал, скользя в умелом ротике любимой. Я чувствовал, что несмотря на вчерашний весьма насыщенный день, оргазм совсем недалёк.

— Кооть... – моя жена дёрнулась и даже слегка прикусила мой член, выводя меня из нирваны.

Я открыл глаза. Вероника выпустила член изо рта и испуганно смотрела на меня. Пришлось поднять голову, только тогда я сообразил, что голова Сергея Юрьевича со стороны лестницы исчезла. Зато его руки теперь были на ягодицах супруги. Скорее всего и голова была где-то между ними, сейчас невидимая для меня.

С той стороны влажно плямкнуло, говоря, что я не ошибся в своих предположениях. Сергей Юрьевич не просто незаметно подобрался к моей супруге, но уже пустил в ход свой язык. И совсем не в лингвистическом смысле.

— Там кто-то мне... меня..., - Вероника всё также смотрела на меня, ожидая решения.

Она так и не продолжила минета, но ведь и не взбрыкнула, отгоняя нахала....

— Не отвлекайся, - сказал я, подталкивая руками голову жены поближе к члену, - я уже почти....

— А если он? – спросила жена, но затем послушно наделась ртом на головку, продолжая вопросительно глядеть на меня.

— Пусть! – резюмировал я, чувствуя, как оргазм снова начинает приближаться, завладевая мыслями.

Хоть я сам в тот момент не вполне определился с мерой того, что именно означало моё «пусть», но вот Сергей Юрьевич понял его с максималистической точки зрения. Взвизгнула молния его джинсов и мужская фигура поднялась позади моей жены.

— Димка, он сейчас..., - предостерегла меня Вероника, но я и сам видел, как он взял член в руку и сейчас нащупывает им впадину входа в женское естество.

Даже не знаю, что служило спусковым крючком. Боюсь, что именно это его движение. Сергей Юрьевич вталкивал член в мою жену, а я, схватив её голову, заткнул окончание фразы и принялся орошать ротик моей любимой сумасшедшим оргазмом. В глазах потемнело. Я снова откинулся на подушку и продолжал держать её голову. Распухший член впихнулся в горло Вероники и продолжал вздрагивать, сдаивая остатки кончины ей прямо в пищевод.

Вообще-то она не любит, когда я так делаю. При том, что в принципе глубокий минет Вероника делать умеет, и, как оказалось ему обучил её как раз-таки, Сергей Юрьевич, но она предпочитает контролировать движение члена в горле. Не интересовался физикой процесса, но знал, что самой ей гораздо легче насадиться горлом на меня, чем если я начинаю трахать её в рот. Вот только сейчас я был не совсем адекватен, прижимая голову начинающей задыхаться жены и чувствуя, как сзади её ритмично толкает другой мужчина.

— Аааах! – шумно вдохнула она воздух, когда я отпустил её.

Она уже тарабанила по моим ногам и поэтому я был готов к тому, что сейчас она меня обматерит. Но следующая её фраза поразила меня:

— Ох! Круто!

Глаза слезились, изо рта тянулась тягучая слюна, но она совсем не выглядела обиженной или оскорблённой. Наоборот, смотрела на меня с каким-то восхищением. Как мало мы знаем о настоящих желаниях своих половинок, боясь унизить или напугать их. Мне кажется, в этот момент мы оба даже забыли о ещё одном члене нашей компании, глядя друг другу в глаза.

Член, надо сказать, времени зря не терял и продолжал елозить в дырочке моей любимой. Да и дырочка не сжалась испуганно, ощутив чужой член, а наоборот уже бесстыдно потекла и начинала чавкать.

— О! ВерОника! Здравствуйте! Можно я к вам? – по лестнице поднимался Борис Маратович со своей непременной фишкой в виде выканья и уже стоящим членом в руке.

Тут же забрался коленями на кровать и выпятил его в лицо Вероники:

— Димыч, будь другом! Подвинься немножко, - попросил он и поднёс член к губам моей жены, - Возмите, пожалуйста! Вы так классно это делаете. Я тоже захотел.

Получается он какое-то время наблюдал и оценил на что способен её ротик.

Супруга глянула на меня. Я согласно кивнул, хоть и был уверен, что моё согласие ни на что не способно повлиять в такой ситуации. И обрезанный татарский член скрылся в ротике моей любимой.

Понимал ли я, что старики-разбойники никуда не уходили, а просто затихарились и третий их член компании тоже скорее всего сейчас тоже готовит свою елду? Конечно! Думаю, и моя супруга это понимала, но решила вопросы о доступе к её дырочкам свалить на меня. Она просто вопросительно бросала на меня взгляд, когда мужчины решали попробовать что-то новое.

— Серёг, поменяемся? – Борис Маратович решил, что достаточно насладился ротиком моей жены и хотел приступить к основному блюду.

Вот только когда он оказался позади Вероники, я понял, что он сразу взялся за десерт. Моя жена скривилась и дёрнула попкой.

— Да всё хорошо будет, расслабьтесь просто. Знаете ведь уже, - сказал теннисист, давя головкой члена в пока ещё закрытое очко моей жены.

Вероника страдальчески посмотрела на меня:

— Аккуратнее, Борис Маратович, - сказал я, - Больно ей. Может не нужно туда?

— Да вот, смотри, Димыч! – временно свободный от других дел я зашел сзади, туда где татарин пытался пробудиться в попку супруги.

Блестящая от слюны головка его жилистого члена наполовину скрывалась в тугой дырочке. Тут он ловко переступил с ноги на ногу, и залупа провалилась в неё сначала одной стороной, а потом и другой.

— Ой!

— Вот видите, как хорошо поместился. Просто не зажимайтесь. Вам же понравилось вчера.

Я вспомнил болезненные стоны, когда татарин разрабатывал очко Вероники и усомнился в его словах. Но Вероника ничего не возразила. Может когда я уснул и правда успела кончить с членом в заднице? Впрочем, ей сейчас вообще сложно было разговаривать. Сергей Юрьевич с усердием полировал ствол у неё во рту. Его длинный и ровный член отлично проваливался в горло, и моя жена без труда заглатывала его до самой мошонки. Даже хотелось спросить, сможет ли она одновременно лизать ему яйца, как видел в какой-то порнухе, но постеснялся.

— Нормально, Никуль? – спросил я, вместо этого, жену, погладив по голове.

Она умудрилась кивнуть, не вынимая члена из глотки.

— Я же говорил, - торжествующе сказал Борис Маратович, - ВерОника просто мастерица. Михалыч, где ты там? – крикнул он громче.

— Вот неугомонные! И чего вам не отдыхается? Обед скоро, а мы даже не окунулись ни разу.

По лестнице грузно поднимался тяжелоатлет. Вот только несмотря на слова, как будто бы замученного человека, которого принуждают к тому, чего он сам и не хочет, шел он к нам голый, а его немаленький шланг уже угрожающе покачивался. Не иначе, как приводил его в боевое состояние там внизу. Думаю, что они изначально обо всём договорились и сейчас по нотам разыгрывали свои роли.

— Ох, хороша, чертовка! – прицокнул он языком, глядя на Веронику.

И я был согласен с ним. Халат окончательно сполз с неё. Грудь колыхалась, а сама она прогнувшись принимала сразу два члена. Молодое, фигуристое тело смотрелось просто великолепно. Сам Анатолий Михайлович в это время улёгся на кровать и взявшись за свой распухший инструмент стал водить по нему рукой, приводя в полную готовность:

— Давай, девонька! Сама присаживайся.

Вероника после его слов посмотрела на меня, перевела взгляд на здоровый член Анатолия Михайловича и снова на меня. Я подумал было, что она сомневается, но тут она невольно сглотнула и облизала губы.

— Хочешь? – спросил я.

— Не знаю.... Большой, - Вероника снова скосила на него взгляд и покраснела.

У меня не было никаких сомнений, она вспомнила какой яркий оргазм испытала, когда тяжелоатлет стал крутить в ней этот дрын. И сейчас явно хотела его, но решила продолжить играть роль послушной жены.

— Ага. Они тебя все вместе будут. Если хочешь....

Мне наоборот хотелось, чтобы она сама окончательно определилась кто она, честная жена и скромный бухгалтер или всё же, идущая на поводу своих желаний, чувственная женщина. Тут ещё и Михалыч добавил свои пять копеек, предлагая сделать выбор:

— Ага. Бутерброд устроим. По полной, трубы прочистим, чтобы не закрывались, - он хохотнул, довольный своей шуткой.

Похоже и остальные преподаватели прониклись моментом, не мешая Веронике. Несмотря на стоящие члены они вынули их из женщины. Вчера в воде они пытались подхватить сопротивляющуюся женщину и насадить на кол, а сейчас ждали, когда она сама это сделает. Но думаю не сомневались в успехе. Пройдясь по её щёлкам, они достаточно растеребили их, чтобы направить мысли молодой женщины во вполне определённое русло:

— Если только чуть-чуть. Только попробовать. Коть, ты же скажешь им, чтобы аккуратно, - моя милая добавила в голос капризных ноток и двинулась в сторону Анатолия Михайловича, косясь на его инструмент.

А тот ещё и сжал его у основания, стараясь впечатлить молодуху. И так здоровый член стал отливать синевой, но зато надулся до нереальных размеров.

— Ох, мамочки! – моя жена ещё только примерялась щёлкой к его головке, но уже причитала.

Может быть хотела реабилитироваться передо мной, мол её дырочка не предназначена для таких гигантов, но я-то видел, что вчера этот дрын уже побывал в ней.

— Не бойся, сладкая. Садись аккуратненько, - постарался успокоить я её.

Подойдя поближе нежно провёл рукой по спине, но добравшись до поясницы надавил. Вроде и погладил, и помог усесться. Член вздрогнул. И я сейчас не про тот, который медленно стал вползать в нутро моей Вероники. Мой член, который совсем недавно кончил и теперь безвольно свисал, от этого зрелища вдруг вздрогнул и качнулся. Я понял, что возбуждаюсь и отошел на шаг назад, надеясь, что супруга не заметила этого. Было стыдно, что завёлся не от красоты своей женщины, а от того что увидел вблизи, как мою любимую начинают трахать толстым членом. Тут ещё и стоящий перед нею Сергей Юрьевич встряхнул членом перед её лицом, мол не отвлекайся. И Вероника, только что болезненно кривившая губки ими же и потянулась к его члену.

Борис Маратович тоже не долго стоял без дела. Он с сомнением посмотрел на Вероничкин зад, свой член, но всё же решился. Плюнул на пальцы, растёр влагу по её очку, которое теперь казалось смятым из-за торчащего в соседнем отверстии члена и начал целить свою головку:

— Приляг на Михалыча, сладенькая! Сейчас туговато будет. Потерпи!

Моя жена окончательно смирилась со своей ролью. В этот раз не стала умоляюще смотреть на меня. Видимо уже поняла, что в деле спасения её дырочек на меня рассчитывать не приходится. Распласталась сиськами по широкой груди Анатолия Михайловича и, кажется, даже приподняла зад, чтобы татарин не промахнулся. Он и не промахнулся, но надо отдать ему должное. Не засадил с размаху, а аккуратно, по сантиметру вдавил свой жилистый конец и неторопливо стал прокачивать им попку моей супруги.

— Умм! Умм! Умм! – жалобно подвывала моя Вероничка, давясь членом во рту.

Похоже она понимала, что, напрягшись сделает себе только больнее, поэтому просто раскорячилась и старалась лишний раз не шевелиться. На меня внимания тоже никто не обращал, поэтому я взялся за уже стоящий член и принялся водить рукой по стволу, обходя вокруг кровати и разглядывая заткнутые отверстия супруги с разных ракурсов.

По мере того, как стоны жены становились не такими вымученными, эта куча-мала начинала шевелиться всё активнее и даже Анатолий Михайлович стал поддавать тазом, загоняя свою оглоблю в женские глубины. Они с теннисистом то вгоняли ей одновременно, то работали вразнобой, как будто хотели перепилить тонкую перегородку, отделяющую влагалище от ануса. Пока первый участник этого квартета не отвалился от них.

Борис Маратович засадил моей жене и выматерился. Оказывается, этот интеллигент и матерится не по-людски:

— Ух ты ж, ёбушки-воробушки, - неожиданно фальцетом простонал он, - В этой жопе бы и жить остался. Всё! Вытекли мозги через xyй!

— Кончил – свали! – сказал ему грубый Анатолий Михайлович, - Заe6ал пищать! - прижавшийся к заду Вероники теннисист не давал ему двигаться.

Член выскочил из зада Вероники. Анус тут же сомкнулся, не выпуская наружу заправленный в неё коктейль. А тяжелоатлет взялся руками за задницу и с силой стал вращать ею на своём члене. Может он вспомнил, как быстро кончила моя супруга вчера вечером, а может это была его фишка, работающая со всеми женщинами. Он не просто гонял свой член внутри неё, а то ли перемешивал им что-то в ней, то ли пытался намотать женские внутренности на свой хер. Сработало и в этот раз. Вероника снова завыла, выгнулась. Я подумал, что ей больно. Но нет. Она тряслась, захлёбывалась слюной и спермой, не вовремя кончившего ей в рот волейболиста, издавала нечленораздельные звуки. Это был именно оргазм. Причём снова очень сильный.

Из-за того, что она не контролировала себя, часть спермы, вместе со слюной стекала по подбородку, частью повисала на трясущейся груди, а частично падала и на грудь Анатолия Михайловича. Мне казалось, что этакий мачо должен очень резко реагировать на сперму других мужчин, но ему было то ли всё равно, то ли он слишком увлёкся е6лей. Впрочем, вскоре, оставшись последним в противостоянии с молодой красоткой, ему ничего не помешало перевернуть её на кровать и взгромоздиться сверху. Причём он не просто взгромоздился. Он положил мою жену на бок, закинул одну её ногу себе на плечо и загнал торчащий хрен в красную распаханную дыру:

— Ох, мамочки! Анатолий Михайлович! Не могу больше! – взмолилась моя супруга.

— Ладно! – смилостивился он, - В буфера тебя трахнуть давно хотел.

— Чего? - испугалась Вероника и перевела на меня взгляд, - Дим! Умру сейчас!

Что он имел ввиду она не знала, поэтому я поспешил перевести:

— Не бойся! Вы же между сисечек, да Анатолий Михайлович?

— Ага. Не ссы! Буфера у тебя классные, Победа! Упругие такие, как раз для е6ли!

Теперь он положил её на спину, а сам разместился над её грудью.

— Xyй сиськами сожми. Ага, так! И головку лови. Как-как? Рот открой!

Благодаря своему размеру он умудрялся не только скользить между грудей Вероники, но и макать член ей в рот. Видимо ему и правда это очень нравилось, поскольку к оргазму он подошел быстро, забрызгав не только лицо, но и шею, и сиськи моей жены. Сразу после этого мужчины засобирались и отправились вниз, оставив нас наедине.

Этот момент не то, чтобы прошёл мимо меня, но привычно уже полируя член, и не подумал, что теперь жена может обратить внимание на меня.

— Дрочишь, - то ли спросила, то ли констатировала она.

— Просто... мы так никогда не пробовали, - попытался отмазаться я.

— Ну, попробуй, - она сжала груди вместе, приглашая к себе, и я полез на неё, всё ещё смущаясь от того, что жена застукала меня за онанизмом.
394
0
00
Добавлено:
25.10.2023, 12:59
Просмотров:
394
Схожие порно рассказы
Ваши комментарии



Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
©2023 sexbab.com – истории для взрослых,
эротические и порно рассказы. Порнорассказы. Про секс 18+
ВСЕ МОДЕЛИ НА МОМЕНТ СЪЕМОК ДОСТИГЛИ СОВЕРШЕННОЛЕТИЯ.
ПРОСМОТР ПОРНОГРАФИЧЕСКОГО КОНТЕНТА ЛИЦАМ НЕ ДОСТИГШИМ 18-ТИ ЛЕТ ЗАПРЕЩЕН.
Соглашение/связь/реклама